«Я думала, что я буду прыгать от счастья, но этого не случилось» Гомельчанка Алина Григоровская приняла участие в конкурсе «Мисс Беларусь» и откровенно рассказала о закулисье, сложностях и женской зависти

Гостья: Алина Григоровская – финалистка конкурса «Мисс Беларусь – 2023».

Студентка университета им. Ф. Скорины, факультет физики и информационных технологий. Принимала участие в финале конкурсе Мисс Беларусь 2023. Мисс ГГУ. 

– Алина, когда ты была маленькой девочкой, думала о том, что ты будешь блистать на сцене, ходить по подиуму и принимать участие в конкурсах красоты?

– Я безусловно мечтала об этом, как и любой ребенок. Я мечтала попасть в телевизор, но у меня в мыслях не было, что это исполнится. Со временем я забыла об этом желании, и уже вспомнила на конкурсе, что действительно детские мечты сбываются, и я была безумно этому рада.

В детстве я училась в школе моделинга в «Хрустальной Нимфе», но и об этом факте моей биографии я со временем забыла. Но, наверное, какой-то небольшой опыт, который я там приобрела, мне все-таки помог на конкурсе.

– Как тебе пришла сама идея принять участие в кастингах на конкурсы красоты?

– Идея оказалась очень спонтанная. В какой-то момент я воспринимала ее, как шутку или как вызов самой себе. Идею подала мне мама, с ее посыла я пошла на кастинги. Кастингов было много, и на каждом кастинге я думала, что все, это мой последний кастинг, дальше я, наверное, не пройду.  И каждый раз каким-то чудом я проходила дальше, была безумно этому рада, меня поддерживало много людей, и благодаря этому, я не опускала руки и с каждым разом старалась все больше.

– Какие необходимы условия или параметры девушек для подобных конкурсов?

– Совершеннолетние девушки, минимальный рост от 1.72 (мой рост 1.77), параметры приближенные к модельным. Тату, если их нет на лице или на видимых участках тела, допускались. Пирсинг можно было и снять, поэтому с этим проблем нет, но на сцену с проколотым носом никто не вышел.

– Сердце не колотилось, когда ты подходила все ближе и ближе к зданию, где проходит кастинг?

– Колотилось. Колотилось оно с самого утра. Вот я просыпаюсь и понимаю, что мне страшно, нервозно. Но в момент, когда ты выходишь уже к жюри, начинаешь с ними общаться, вся тревога резко улетучилась, то есть я волновалась ровно до того момента, пока я не выходила на обозрение общественности.

– Когда ты пришла на сам кастинг, кого ты там увидела? Не было мысли, что не пройдешь? Или, наоборот, была мысль, что я тут всем сейчас покажу?

– В какой-то момент я могла немного засомневаться в себе, но, как правило, я отгоняла эти мысли прочь, потому что они не особо полезные для любого человека. Чем больше ты не веришь в себя, тем меньше успеха ты получишь, поэтому я старалась верить в себя, в свои силы. Я прекрасно понимала, что девушек красивых много, но это не значит, что я не могу быть в числе лучших. Первые кастинги проходили в Гомеле.  Жюри – это в основном «верхушка» из «Хрустальной Нимфы». И после этого уже были областные конкурсы, приезжало уже основное жюри, которое сопровождало нас на конкурсе, и с ними оказалось страшнее общаться.

– Как выглядел сам кастинг? Может, нужно было пройтись, рассказать о себе, может были какие-то вопросы, в том числе и каверзные?

– Первая часть кастинга – это всегда общение с жюри. Как правило, мы выходили в чем-то облегающем, то есть в лосинах и майке, рассказывали жюри, кто мы есть, чем мы увлекаемся, наш рост и параметры. На одном кастинге – два этапа, и если ты проходишь дальше, на втором кастинге ждет дефиле в купальниках. И это, скорее всего, было не для того, чтобы показать, что ты умеешь ходить на каблуках, потому что нас далее этому всему обучали, а чтобы оценить внешний вид фигуры.

– Насколько сложно или просто было вот так взять и выйти в купальнике? Все-таки это не пляж и не бассейн.

– На пляже на тебя не особо обращают внимание, а здесь все внимание предоставлено конкретно тебе, особенно если это индивидуальная проходка. Но как я уже говорила, волнуешься только до тех пор, пока не переступаешь порог, а потом уже как-то проходишь налегке. Но, наверное, из-за стресса ты забываешь о том моменте, когда ты шел. Только если что-то страшное. На первом кастинге был очень скользкий пол, а я была на шпильках, и я чуть не поскользнулась. В том момент я думала, что это точно мой последний кастинг, я больше никуда не пройду, но я прошла дальше, и соответственно, больше не боялась такого исхода.

– Помимо основных вопросов были такие, где, возможно, ты чуточку соврала о себе, может, где-то приукрасила?

–  Не было особо каверзных вопросов, все по фактам, все банально. Для меня самым сложным был вопрос: для чего ты пришла на конкурс? Я пришла изначально просто попробовать. Да, во время того, как я проходила конкурсы, с увеличением моего успеха, у меня вырастала и цель победить, а в тот момент, когда тебя спрашивают об этом в первый раз, ты буквально боишься сказать что-то, за что тебя условно отсюда быстренько выгонят. Но ответ всегда находился, и я не могу сказать, что это было ложью, я просто не задумывалась до этого. То есть это какой-то новый опыт, новые эмоции. Это то, что поможет мне вырасти как человеку, вырасти самооценке, и что я потом могу рассказать своим детям, друзьям.

– Каким образом тебе сообщили, что ты прошла кастинг? Какие эмоции ты испытала в тот момент?

– Это всегда звонок по телефону, то есть мне позвонили и сказали, что я прошла на следующий этап «Мисс Беларусь». В первый момент я сидела в таком ступоре, не осознавала, что происходит. Я думала, что я буду прыгать от счастья, но этого не было. Сначала я сидела минут пять спокойно и понимала, что только что произошло, я осознавала этот момент. Потом уже рассказывала, и за меня радовались другие люди, то есть прыгала не я, а те, с кем я делилась своим успехом. Понятно, что я тоже радовалась, но радость была такая внутренняя, и внешне она не всегда проявлялась.

– Ты говорила о поддержке родных, близких, а был кто-то, кто относились с завистью?

– Во-первых, я не общаюсь с людьми, которые мне завидуют, проявляют негатив. Я быстренько от них избавляюсь, убираю таких людей из своего окружения. Плюс из моих близких знакомых в кастинге никто не участвовал, поэтому ни у кого не возникло зависти, что я прошла. Были люди, которые мне советовали быть осторожнее. Мне казалось, что это из зависти, что я стану чуть известнее, чем они. Но я быстро забывала про такие моменты, таких людей и про их наставления, и шла вперед.

– Большая группа поддержки собралась на самом финале в Минске?

– Не знаю, если честно.  Судя по тому, что я слышала, довольно большая, мне кажется, около сорока человек. Но, к сожалению, они сидели все очень высоко, и я никого не слышала.  Мне в тот момент было грустно, я не знала, что кто-то приедет. И так как я практически никого не слышала, мне казалось, что у меня вообще нет поддержки, а у многих девочек сидело много людей с плакатами. У меня такого не было, и мне стало грустно в один момент. У меня были друзья, которые приехали, моя мама, которую я видела, и мне стало уже не так грустно.

– Давай расскажем, как проходила подготовка к конкурсу, к чему именно вас готовили?

– Подготовка длилась около месяца. Нас готовили сразу к дефиле, то есть к самому выступлению. Начали мы репетировать, наверное, спустя три дня с момента, как приехали. Кроме дефиле у нас были танцы, то есть нас к этому тоже готовили. Также нас готовили еще к общению с репортерами.

– Подписчиков в Instagram больше стало?

– Внимание, в основном, положительное. Люди, с которыми я перестала общаться или не поддерживала связь, начали писать мне одобряющие слова, что верят в меня и поддерживают, но это было только во время конкурса. На самом деле подписчиков стало немного больше. Наши профили выкладывали на аккаунте «Мисс Беларусь», и в основном вся активность шла оттуда. Если кто-то и приходил, то их приходило немного, и подписалось около 150 человек, не больше.

– А что касается противоположного пола? Может, писать стали больше, лайкать чаще, цветы предлагали дарить, по ресторанам водить? Может, были какие-то более нескромные предложения? 

– Были предложения, но только во время конкурса. Нам, практически всем девушкам, написал один и тот же человек: «Я хочу подарить цветы, ты согласна»? Но ему никто не ответил, и я в том числе. Еще пару раз писали, но они, как правило, оставались у меня в запросах.

– Заглянем на обратную сторону медали, тот самый пресловутый хейт. Ты с таким сталкивалась? Может, девочки что-то рассказывали из своего опыта?

– У меня случился один мелкий момент, который быстро закрыли, и комментарии удалили. В одной группе выложили фотографию меня и еще одной девочки из Гомеля, и диванные критики начали писать, что одна страшнее другой, что это за крокодил, что на улице ходят гораздо красивее девушки. На меня это никак не повлияло, я скорее посмеялась с этого. Девочки тоже рассказывали, что они встречались с хейтом. Если честно, то я вообще не понимаю, откуда это все берется, для чего это делается, потому что я считаю, что каждая финалистка достойна победы. Они, безусловно, все прекрасные и красивые. Для меня в какой-то момент все это стало странным, и я не видела в этом смысла.

– Вокруг конкурсов красоты довольно много стереотипов. Что там такие диеты, что чуть ли не голодом морят, что там такие нагрузки и тренировки, что девочки едва ли не валятся с ног. И что ты в принципе никого не интересуешь, как личность, а просто вешалка, которая должна на камеру красиво улыбаться. Что скажешь по этому поводу?

– Нас кормили очень хорошо, очень вкусно. Единственная проблема состояла в том, что нам надо было солить самим, а если привозили еду из гостиницы, то соли не было, и нам приходилось есть немного пресную еду, и это было грустно. Но позже это исправили.

– Участницам конкурса предоставляли гостиницу?

– Да, мы жили по две девочки в комнате, вполне комфортно.  Но мы там только спали, утром встаем и вечером возвращаемся. Днем мы находились в комнатах буквально пару дней, когда нам давали мини выходной на полдня. Конкурсы красоты – это бешеный график, все расписано по минутам.

– Давай затронем ваш распорядок дня. С чего все начиналось, куда вас возили, что вам показывали, чему учили?

– Мне нравилось, что у нас установился определенный график. Мы всегда вставали в одно и то же время примерно в 8.30. Был один день, когда я встала в 6.00, но это из-за фотосессии. В первые три дня мы жили в бешеном графике: очень поздно возвращались и очень рано вставали. Так продолжалось только три дня. Вечером нам сообщали, что нас ждет на следующий день, и мы всегда знали, к чему готовиться, как готовиться, и редко что-то выходило из-под контроля, поэтому мне это очень нравилось. Мне нравится, когда есть определенный распорядок дня, и все его придерживаются. Были моменты, когда мы возвращались позже, чем планировали в гостиницу. Мы просыпались утром, ехали на репетицию, потом обед и снова репетиция – это стандартный день.

– Как помогли тебе занятия в последующей жизни?

– На каблуках я очень люблю ходить. После конкурса ходить на каблуках стало гораздо легче, я как будто бы привыкла и срослась с ними в один момент. Мы много тренировали походку. Походка вообще много где спасает, потому что тебя воспринимают по-другому, когда ты правильно идешь, правильно двигаешься, в целом даже правильно общаешься. Плюс у нас был урок по ораторскому мастерству, и я научилась лучше разговаривать, чем раньше. Когда ты попадаешь в незнакомое окружение, у тебя стресс, но ты учишься с ним бороться. И соответственно, попадая еще раз в похожую ситуацию, тебе уже не так страшно, ты знаешь, что с этим делать. Если сейчас я попаду в незнакомый мне коллектив, мне будет гораздо проще найти общий язык с людьми, чем раньше.  Сейчас мне гораздо проще высказывать свое мнение, не бояться этого и говорить развернуто, а не односложными ответами.

– Сколько стоит участие в конкурсе?

– Нисколько, мы ничего не платили. Проживание, все наряды, все, что было в конкурсе – все абсолютно бесплатно.

– Еще один стереотип – это уровень взаимоотношения между конкурсантками. Есть стереотип, что там готовы едва ли не подножки ставить, насыпать в туфли, начиная от разбитого стекла и заканчивая чем-то еще поострее. Насколько вы с девочками сблизились, сдружились?

– Сразу скажу, что каблуки никто никому не пилил, стекло не подбрасывал. Все старались друг друга поддерживать в случае, если это необходимо. Понятно, как и в любом коллективе, могли возникать маленькие проблемки, но это всегда быстро решалось и забывалось. Мы были полноценным хорошим коллективом без какого-то негатива. Даже вот случай с мелким хейтом в мою сторону. Когда я рассказала об этом девочкам, большинство сказало, чтобы я даже не думала об этом, что я классная, красотка. Мы всегда друг друга поддерживали, и сейчас я поддерживаю до сих пор контакт с девочкой, с которой жила в комнате. Мы с ней все еще хорошо ладим, периодически переписываемся.

– В процессе подготовки были какие-то фаворитки получить этот титул, вот даже, например, для тебя лично? Или, может быть, ты сама себя считала достойной?

– У меня были фаворитки. А от «Мисс Беларусь» я сама всегда была в восторге, она мне безумно нравилась и нравится до сих пор. Она не только внешне красивая, она прекрасный человек внутри. И у меня как будто бы возникла мысль, что она более достойная, чем я.

– Как тебе спалось в ночь перед выступлением? Волновалась ли в день финала?

– Отлично, я спала, как убитая. Там не было варианта не спать. Из-за бешеного графика ты привыкаешь ложиться в одно и то же время, и я просто спокойно засыпала. Мы выступали на сцене три раза, и три раза это было как полноценное выступление. Первый раз был самый страшный. Во-первых, сцена была не достроена, и я очень боялась поскользнуться и упасть в воду. У нас на сцене было 80 тонн воды для фонтанов, водопадов. И один из разветвлений подиума шел как раз возле мини бассейна с фонтанчиками, и там расплескивалась вода. Когда я шла, боялась туда упасть в какой-то момент, и думала, что сейчас будет конец всей моей модельной карьеры.

Такие мысли были в первое выступление. На самом выступлении в день концерта обо всем забываешь полностью, ты просто все делаешь на автомате. Для этого мы как раз месяц репетировали, чтобы все наши движения, все наши шаги отложились до полного автоматизма. Даже если ты сильно стрессанула, ты не забыл, что нужно делать. Ты можешь забыть, но мышцы помнят, и ты делаешь. Те три часа, которые длился концерт, пролетели лично у меня как 40 минут, и я практически ничего не помню. Я только помню, как видела пару раз маму, которая села не на то место, и она с сестрой мне кричали.

– Что чувствуешь в момент, когда понимаешь, что ты не Мисс, чуточку не дотянула?

– Я оставалась спокойна. Я как будто бы все это время была спокойнее, чем я есть в жизни. Я в первую очередь испытала не грусть из-за того, что меня не выбрали как мисс и не присвоили какую-то номинацию, я просто была рада за девочек, которые получили титулы. Но помимо радости за этот титул на них ложится огромная ответственность.

Здесь нет никакого лицемерия. Я прекрасно понимала, что они этого достойны. Но помимо престижа, который дает тебе этот титул, на тебя ложится действительно большая ответственность, и я в какой-то степени этой ответственности чуть-чуть побаивалась. Я желаю им только лучшего в том, чем они сейчас занимаются.

– В процессе подготовки или на самом выступлении наверняка что-то пошло не по плану, где-то был какой-либо косяк?

– Это история моего личного косяка. Было это в первые 2-3 дня, как я приехала в Минск. У нас была фотосессия, нам дизайнеры выдавали наряды. У моего наряда было очень много компонентов: пышная юбка, корсет, огромная корона с цветами, каблуки, и очень много еще всего. И когда мы собирались уже на автобус, я оставила подъюбник под мою пышную юбку в Национальной школе красоты. Это оказалась большая потеря, потому что из-за него меняется вид платья, юбка не такая пышная, как должна быть. Мне кажется, это был самый стрессовый момент на всем конкурсе, потому что я буквально тряслась, я хотела плакать, потому что это моя ошибка, и я это прекрасно понимала. Было страшно, но мы спасли ситуацию, подвязав мне много кофт под платье, чтобы оно стало пышным.

– Как тебя встретили в Гомеле родные и близкие по возвращению?

– Прекрасно. Я была очень рада, что вернулась домой. Гомель остается моим любимым городом, как мой родной город. С родственниками я встретилась на самом мероприятии, когда они приехали меня поддержать. Когда встретилась с друзьями, тоже ощутила очень много поддержки, они все очень радовались за меня. Были, конечно, и безобидные подколы.

– Что касается преподавателей?

– Там были изменения. Некоторые выражали свое восхищение, они были рады, что я попыталась. На момент кастингов со мной связывался ректорат, нужна ли мне какая-то поддержка. Но так как на кастинги нас возила «Хрустальная Нимфа», то в целом мне ничего особо и не нужно было. Когда было голосование, то я, естественно, скинула этот в универ. Наверное, это распространяли, я не знаю, я в этот момент была полностью отрезана от всех, ни с кем почти не общалась, кроме близких.

– Если бы была возможность все это повторить, повторила бы?

– Конкретно с «Мисс Беларусь» – нет. Я хотела бы это уступить девочкам, которые это еще не пробовали. Не хочу занимать чье-то место, я уже это попробовала, я уже знаю, как это, я уже это прожила, и с меня хватит. Но если бы я вернулась в прошлое, я бы 100% повторила.

– А зачем вообще такие конкурсы необходимо проводить? Вот как ты считаешь, как участница?

– Напомнить людям, что красота – это не всегда внешние качества. На кастинге оценивались внешние качества, но при этом с нами много общались. И на момент конкурса у нас выходили дневники «Мисс Беларусь», где с нами тоже постоянно общались, у нас брали интервью на самом мероприятии, на самом финале. В первую очередь, конкурс красоты не только про внешнюю красоту, но еще и про внутреннюю – совокупность всех этих качеств. Ну и в целом это шоу, шоу, как и другие, просто на такую тематику.

– Конкурс уже позади. Планируешь ли ты как-то развиваться в модельном направлении? Вернешься еще на подиум или сцену? Может, рассматриваешь карьеру модели?

– Если будет возможность, то, наверное, – да. Но возможность не столько со стороны предложений, сколько еще со стороны здоровья. У меня начались проблемы со спиной, поэтому каблуки, возможно, для меня будут под запретом, к сожалению. Я повторюсь, что я очень люблю на них ходить, но есть вероятность, что врачи скажут, что этим нужно завязывать.

– Какими качествами на твой взгляд должна обладать настоящая Мисс Беларусь?

– Ну, мы уже говорили, что красота – это совокупность некоторых факторов, то есть это еще и внутренняя красота. В первую очередь, идет оценка красоты, но она у всех разная, поэтому здесь очень сложно судить.  Для каждого человека есть свой особенный идеал, и поэтому конкурсы красоты очень сложные, на мой взгляд. Для меня внутренняя красота – это честность по отношению к самой себе, верность самой себе, открытость и добродушие к людям, когда человек рад видеть каждого рядом с собой, то есть дружелюбие. Образованность и грамотность речи тоже важны.

– Предположим, что сейчас нас смотрит какая-нибудь 7-летняя девочка, когда ты только делала первые шаги по подиуму и мечтала попасть на конкурс красоты. Вот если она прямо сейчас нас смотрит, чтобы ты ей сказала, чтобы ее мечта обязательно осуществилась?

– Самое главное – верить в себя. Не верить людям, которые говорят, что ты чего-то не можешь достигнуть. Человек способен на многое, буквально на все, что угодно. Идти к цели, несмотря ни на что, и не сворачивать с намеченного пути. То, чего ты хочешь, оно всегда достижимо.

Поделитесь: