Напомним, Янина (Юнит) Масвада погибла в конце сентября. Ночью ее муж Али сам вызвал скорую помощь – парамедики нашли молодую маму с резаной раной на шее. Янину пытались реанимировать в больнице, однако спасти не смогли. Сейчас мама девушки ждет всех документов на транспортировку тела дочери и надеется, что ей отдадут на воспитание внука. Анна благодарит посольство Беларуси в Израиле и представителей Израиля за помощь в этом непростом вопросе.
Как удалось выяснить «Сильным Новостям», Яна вела блог в соцсетях. Она была очень красивой и привлекательной девушкой, имела много друзей и знакомых. Девушка снимала лайфстайл видео вместе с мужем – судя по всему, он и выступал оператором, когда Яна находилась в кадре. Иногда на видео появлялся и сам Али. Похоже, девушка планировала развиваться в этом направлении. В ее последнем видео, записанном месяц назад, Яна рассказывает, что у нее в блоге появилась новая рубрика – обзор книг.
«Сильные Новости» поговорили с мамой девушки Анной, и вот что она говорит:
«Моя дочь родилась в новогоднюю ночь — это был настоящий подарок для меня. Она была моим счастьем, моим ребенком, моей подругой. Мне казалось, никто больше не нужен. Девочка росла в полной любящей семье: папа – водитель троллейбуса, я учитель русского и белорусского языков, начинала работать воспитателем в детском саду. Есть еще младшая дочь.
Яна хорошо училась, окончила 2-ю школу в Гомеле, затем Мозырский педагогический университет – то же учебное заведение, что и я.
После университета она жила в Минске, работала в косметической компании. У нас есть еврейские корни, и Яна давно хотела попробовать пожить в Израиле. Она поехала туда по специальной молодежной программе. Ее там очень полюбили, она прекрасно освоила иврит. В итоге Яна осталась в Израиле.
Сначала она вышла замуж за первого мужа белоруса. Вместе они переехали в Израиль, но отношения не сложились, детей у них не было. Я ничего плохого о нем сказать не могу.
Позже Яна встретила второго мужа. Он родился в Восточном Иерусалиме, его отец мусульман, а мать имела русско-еврейские корни. Сам парень вырос в непростой ситуации — ни отец, ни мать фактически его не воспитывали.
Сначала он окружил Яну заботой и любовью. Она расцвела рядом с ним. Я принимала выбор дочери, несмотря на разницу в вере и культуре. Я уважала ее решение и никогда не имела ничего против него. Он выучил русский язык, в целом, приятный симпатичный парень, умел расположить к себе. Уже через год, в прошлом сентябре, они поженились.
Сначала у Яны все складывалось хорошо. Но после рождения сына начались проблемы. Мальчику сейчас два месяца. Муж стал сильно ревновать ее, постоянно контролировать, задавать вопросы, мог поднять даже ночью и доканывать ревностью. Мне кажется, сказалось и то, в какой среде он вырос – там было больше агрессии и собственничества.
Яна после родов была очень уставшей. Ей было тяжело физически и морально, она похудела, почти не спала по ночам. Я просила ее приехать домой, но она не могла просто так оставить все. Мы много разговаривали. Я чувствовала, как ей тяжело. Она хотела приехать в Гомель, но у нас уже прохладная погода, а ребенок совсем маленький.
Сейчас я думаю: надо было просто взять малыша и бежать. Но она любила мужа и доверяла ему. Я хорошо относилась к нему. Он даже называл меня мамой. Поэтому я до сих пор не понимаю, как он мог лишить меня дочери? Но я не хочу сама судить его – пусть Израиль накажет его так, как положено по закону. Я с ним не раз говорила о его поведении, говорил с ним и его отец. Яну в его семье не принимали, хотя свекор старался поддерживать именно мою дочь в спорных вопросах.
Яна была очень умной, сильной женщиной. Она хорошо знала иврит, у нее было много друзей, ее любили люди. За шесть лет в Израиле она полностью освоилась там. Теперь у меня остался внук. Яна говорила, что не готова никому отдавать ребенка, кроме меня. И я готова взять малыша на воспитание.
Я видела внука только по видео. 25-го сентября Яна погибла, а 29-го мне только сообщили об этом. Я почувствовала, что что-то случилось, еще раньше – сердце матери не обманет. Мы разговаривали с ней каждый день и постоянно были на связи. Ее муж не понимал, что женщине после родов нужно время на адаптацию. Она не высыпалась и была сильно истощена и морально, и физически. К сожалению, она там была одна и помочь было некому. Яне надо было хватать ребенка и убегать, просить помощи, но кто знал, что так обернется.
«Эта огромная потеря для меня. С этим теперь придется жить всю оставшуюся жизнь. Я хочу, чтобы мой внук был со мной и чтобы за смерть моей дочери человек ответил по закону. Я не судья, чтобы давать ему наказание, пусть это решит суд. Но он уже наказал себя – лишив своего же ребенка матери».
