О грубости и бестактности врачей этой специальности уже ходят страшилки. Понятно, что дыма без огня не бывает: посты в соцсетях, где женщины обсуждают свои самые кошмарные истории с акушерами-гинекологами, неизменно набирают огромное количество просмотров и комментариев. Последний подобный пост буквально за пару дней привел к тому, что в столичном Комитете по здравоохранению взялись за улучшение стандартов этики и деонтологии в роддомах.
«Сильные Новости» собрали несколько историй от жительниц Гомельской области о том, как вполне рядовой поход к гинекологу оставил после себя минимум испорченное настроение, максимум психологическую травму. А гомельскому акушеру-гинекологу, эстетическому и урогеникологу из центра «Новамед» (а в прошлом заведующей женской консультацией), лауреату фонда по поддержке талантливой молодежи Анастасии Прядко мы задали глупый вопрос, который хоть раз возникал в голове у многих: почему женские доктора так часто ведут себя по-хамски с женщинами, и что с этим делать.
Имена героинь изменены. Источник преследует цель напомнить об актуальности медицинской этики: она важна, чтобы пациенты не боялись обращаться за помощью и вовремя ее получали.
Теона: «Гинеколог увидела внутри меня «сопли зеленые»
«У меня довольно тяжело проходила беременность. Организм не справлялся, и я через день ходила на анализы и взвешивания. Отеки были страшные. Но каждый раз гинеколог меня встречала словами: «О, это ж [фамилия девушки], которая любит пожрать». Ей как-то фиолетово, что я половину беременности пролежала в больнице. Еще была эрозия, и во время беременности развилась инфекция. Она чуть ли не плевалась, делая осмотр. Говорила: «Вот у вас сопли зеленые». Что?..
Еще она единственный в городе детский гинеколог. Когда в 9 месяцев носила к ней дочку на осмотр, она так сильно растянула половые губы (взять мазок), что я думала, брошусь с кулаками. Хотя жалоб я не писала – думаю, у заведующей на нее их целая стопка. Может, она и неплохой специалист, но характер и манеры просто ужасные».
Гинеколог Анастасия Прядко:
«Здесь не требуется сложная этическая экспертиза. Выражения вроде «зеленые сопли» недопустимы и в обычном уважительном общении, и тем более во время беременности и интимного осмотра. Врач может нейтрально обсудить динамику массы тела, отеки, характер выделений и необходимые обследования – не используя брезгливые сравнения и не унижая человека».
Анна: «Врач ужасалась, какая некрасивая у меня шейка матки»
«Когда я села в кресло для осмотра, и врач ввела свои инструменты, она стала бормотать: «Некрасиво… ну некрасиво». Было ли ей «некрасиво» еще и в каком-то эстетическом смысле, я не знаю, просто ремарка показалась странной на контрасте. Обычно девочкам в гинекологическом кресле говорят: «Какая у вас красивая маточка, хоть сейчас рожай».
А конкретно у меня проблема с эктопией шейки матки, и она постоянно пугает всех гинекологов. Она как-то очень воспаленно выглядит и меня заставляют по 300 раз сдавать анализ на ВПЧ – однако они у меня всегда чистые. Но гинекологи беспокоятся: некоторые просто говорят об этом прямо. Очевидно, что под «некрасиво» подразумевалось «болезненно», но слово она выбрала, конечно, идиотское».
Гинеколог Анастасия Прядко:
«Красивая» или «некрасивая» шейка матки – не диагноз. Врач должен описывать конкретные признаки: эктопию, воспалительные или предраковые изменения. Оценочное слово одновременно унижает пациентку и не дает ей понятной медицинской информации».
Елизавета: «По классике слышу, что единственный ребенок вырастет эгоистом»
«Сильно “стремных” гинекологов у меня не было – пока везет. А в остальном чисто по классике слышу от врача: «Когда за вторым? Надо, надо, надо, возраст, единственный ребенок вырастет эгоистом». Мы с мужем хотим принимать самостоятельное осознанное решение о пополнении нашей семьи, а гинекологу достаточно просто проконсультировать меня о моем здоровье.
Гинеколог Анастасия Прядко:
«Сам по себе вопрос о репродуктивных планах может быть медицински оправдан, если ответ влияет на выбор контрацепции, лекарств, обследования или подготовку к беременности. Врач должен объяснить, зачем он задает свой вопрос. Фразы вроде «пора рожать», требования завести второго ребенка или, тем более, утверждение, что единственный ребенок обязательно вырастет эгоистом – это, скорее, навязывание личных убеждений. Врач может рассказать о доступных вариантах, включая сохранение фертильности, если для пациентки это актуально и интересно».
Нина: «Гинеколог при всей очереди стала перечислять проведенные надо мной манипуляции»
«Я пришла к гинекологу в частный медцентр и думала, что врач будет вежливым и тактичным – до этого уже стала побаиваться местной женской консультации. Там любили охать и причитать из-за эрозии, обращались как со школьницей-двоечницей за то, что не хожу ее лечить (по факту это оказалась обычная эктопия, которая со временем сама и вылечилась). Но в медцентре все было гораздо хуже. Гинеколог пошла по этому же пути, разговаривала со мной как с глупой девицей. Я смутилась и растерялась. Когда она спросила о половом партнере, ответила: «У меня есть парень». А она в ответ с гримасой: «Ну и что там у тебя за парень?» Не знаю, к чему это она.
А когда я села в кресло, она окончательно перешла ты. Еще и прикрикнула, чтобы я открыла глаза, когда я зажмурилась. Осмотр был в целом безболезненный и адекватный. Правда, когда я пошла на ресепшен, чтобы оплатить прием, она двинулась следом и при всей очереди стала громко перечислять проведенные манипуляции, чтобы их не забыли внести в прайс. Я на тот момент уже вошла в транс и готова была терпеть что угодно. Сейчас я бы такого отношения к себе не допустила: тут же прервала бы прием и вдогонку отправила гневный отзыв руководству».
Гинеколог Анастасия Прядко:
«Это уже не только бестактность. Врачебную тайну в Беларуси составляют и сам факт обращения за медицинской помощью, и сведения о состоянии здоровья, диагнозе, вмешательствах… Публично перечислять гинекологические манипуляции у стойки администратора недопустимо. Процесс оплаты должен быть устроен так, чтобы сама пациентка могла проверить перечень услуг – без его оглашения посторонним».
Мария: «Врач прижигала эрозию шейки матки, доставала электрод и сильно обожгла»
«Я уже пенсионерка, но с удовольствием посещаю молодых врачей-гинекологов: они очень тактичные и доброжелательные. В мою молодость гораздо больше было хамоватых. Осматривали грубо, а если ойкать или жаловаться, то говорили: «С мужем ей не больно, а зеркало, видите ли, больно». Это и женщин нашего поколения очень сильно обижало, но редко кто-то писал жалобы (тема интимных частей тела сама по себе стыдная), в основном пересказывали подругам и говорили, к кому лучше на прием не попадать.
Когда мне было лет 20, нашли эрозию шейки матки и отправили на прижигание. Это делалось таким «старинным» электродом, и когда гинеколог его доставала, то задела слизистую и сильно обожгла. Я долго мучилась от боли после этого».
Анастасия Прядко: «Врача делает грубым не издержки профессии – это изначально его личные качества»
– На бестактность гинекологов по сравнению с другими врачебными специальностями жалуются особенно часто. Честно: что это за «гинекологическое проклятие»?
– Я думаю, это не «проклятие». Грубость – свойство конкретного человека и рабочей культуры, а не какой-либо профессии. В гинекологии любое хамство воспринимается особенно остро, потому что пациентка находится в физически уязвимом положении: она раздевается, доверяет врачу очень личную информацию. К интимности приема можно добавить выраженное неравенство ролей: один человек обладает знаниями и контролирует ход осмотра, другой вынужден довериться ему в очень чувствительной ситуации.
По моим наблюдением, в постсоветской медицине до сих пор заметен патерналистский подход – проще говоря, врач ведет себя «как родитель» по отношению к пациенту. Он сообщает свое решение как единственно возможное и ждет беспрекословного подчинения. Современная же модель строится иначе: врач объясняет диагноз, разумные варианты, ожидаемую пользу, риски и последствия отказа от лечения, дает профессиональные рекомендации – но не присваивает себе право распоряжаться жизнью пациента.
Сейчас для гинекологов рекомендуется травма-информированный подход к осмотру. Он предполагает, что бестактно заданные личные вопросы и болезненный грубый осмотр могут спровоцировать у пациентки страх вообще обращаться к врачам нашего профиля. Поэтому хороший врач будет вежливым и объяснит каждое свое действие. Это не какой-то особый сервис, а часть нормальной качественной помощи.
Да, нагрузка на врачей огромна, многие работают больше, чем на одну ставку или в нескольких местах, чтобы обеспечить себе достойный уровень дохода. Выгорают и эмоционально истощаются – но это не оправдание, чтобы унижать пациента.
– Насколько известно, есть еще нормы профессиональной этики…
– Да, и все будущие медики изучают этику, биоэтику и медицинскую деонтологию в вузах и колледжах. К сожалению, по моим наблюдениям часто они остаются лишь теоретическими дисциплинами. Студентам и молодым врачам нужны не только философские определения, а разборы реальных обращений: какая фраза стала причиной конфликта, как нужно было сообщить диагноз, где была нарушена конфиденциальность и как предотвратить повторении ситуации.
Вообще простой внутренний ориентир для врача – это представить, допустил бы он такие же слова или интонации в отношении самого себя, своих родителей, ребенка, супруга? Если нет, то вероятно, так не стоит разговаривать и с пациентом. Хотя все-таки лучше ориентироваться на профессиональный стандарт и учитывать, что у каждого конкретного человека – свои личные границы, достоинство и чувствительность.
– Врач ведет себя грубо, отчитывает или допускает бестактные шутки про состояние здоровья. Как пациенту себя отстоять?
– ВОЗ относит достоинство, приватность, конфиденциальность, информированный выбор и свободу от вербального или физического насилия к признакам качественной медицинской помощи. Эти же нормы существуют и в Беларуси: закон о здравоохранении прямо закрепляет право пациента на уважительное и гуманное отношение, защиту личного достоинства, понятную информацию, участие в выборе методов помощи и отказ от вмешательства в установленных пределах. Правила медицинской этики напрямую запрещают грубое, формальное и нетактичное отношение. Важно то, насколько последовательно в медучреждении следуют этим правилом, и как они подкрепляются реакцией руководства.
Пациентам не нужно ждать прямого оскорбления. Если какая-то фраза или действие кажутся уничижительными или небезопасными, для начала советую спокойно дать обратную связь: «Мне неприятная такая формулировка. Пожалуйста, объясните медицинскую информацию нейтрально», «Объясните, пожалуйста, зачем вы задаете этот вопрос и как он связан с моим лечением», «Извините, я не согласна продолжать осмотр в такой ситуации».
Бывает, что вмешательство уже началось – и технически резко прекратить невозможно, это создает угрозу или здоровью. Но если это обычный амбулаторный осмотр, врач обязан прекратить при прямой просьбе.
Безусловно, пациент может подать жалобу. Некоторые ситуации могут казаться неприятными субъективно – так что лучше все тщательно фиксировать, запоминайте как можно точнее, что и как вам говорили, какие просьбы вы высказывали. Обращаться можно в вышестоящие инстанции: районный или областной комитет по здравоохранению, Минздрав. Если считаете, что действия врача причинили вред здоровью, не помешает изучить свои медицинские документы – вы имеете право с ними ознакомиться. Если ситуация серьезная, целесообразно обращаться к юристу.
Но в целом, я думаю, значительную часть конфликтов можно остановить в моменте. Врачу достаточно признать неудачную формулировку и извиниться – без самооправдания. Объяснить информацию другими словами и убедиться, что его правильно поняли. Лучшую медицинскую помощь оказывают не только сильные клиницисты, но и специалисты, которые умеют разговаривать с пациентами. Коммуникация – не украшение профессионализма, а одна из его основных частей.
Хотя как врач я обязана сказать и другое. Дорогие пациенты, мы тоже ожидаем от вас вежливости – вам в первую очередь хотят помочь. Медики тоже люди, и нам обидно, когда с нами общаются свысока. Вы имеете право постоять за себя, если вам нагрубили – но не стоит первыми начинать разговор с грубости. Давайте будем доброжелательными взаимно!
