Много лет назад Гомель активно украшали произведениями монументального искусства. Художники создавали мозаики из смальты, процарапывали изображения на фасадах по сырой штукатурке и дополняли фасады зданий огромными металлическими композициями. Часть этих работ сохранилась до наших дней, но некоторые утрачены.
«Сильные Новости» выбрали три исчезнувших произведения, чтобы показать, как создают разные виды монументального искусства. Расскажем о материалах, инструментах и хитростях мастеров, покажем архивные фотографии и укажем адреса. Все три точки находятся чуть больше чем в километре друг от друга. Так что, если соберетесь на прогулку по городу, сохраните материал в закладки. Будет интересно сравнить старые фотографии с тем, что находится на этих местах сегодня. Погнали в мини-путешествие.
Рельеф и чеканка
К концу 1960-х годов в Гомеле хватало произведений монументального искусства. Здания украшали мозаиками, декоративными панно и скульптурными композициями. Особенно эффектно смотрелись огромные металлические украшения, которые выступали со стен и придавали фасадам дополнительный объем. Несколько работ в технике горельеф и чеканка до сих пор можно увидеть на здании Городского центра культуры на улице Ирининской.

Но сегодня поговорим об одном произведении, которого в городе уже не найти. В конце 1960-х фасад ресторана на площади Ленина украсил алюминиевый рельеф работы московского скульптора Павла Моисеевича Шимеса (1930–2019). Судя по фотографиям, которые публиковал сам художник, монтаж композиции проходил прямо на фасаде. Для этого мастера использовали деревянные лестницы и веревки. В каталоге работ художника композиция значится под лаконичным названием «Рельеф».
А теперь немного о том, как создавали такие масштабные композиции. В нашем случае художник выбрал алюминий и технику чеканки. Работа начиналась с металлического листа, на котором намечали будущий рисунок. Для самой чеканки мастерам требовалась особая рабочая поверхность. Как правило, сооружали огромный короб и засыпали его песком почти на целый грузовик. На этой подушке художники укладывали листы алюминия и выбивали нужный рельеф. Песок смягчал удары и помогал металлу принимать нужную форму.

Работать приходилось с обеих сторон листа, с одной формировали выпуклости, с другой доводили изображение до нужного вида. Алюминий периодически нагревали, чтобы он сохранял пластичность и не трескался от ударов. По воспоминаниям бывших чеканщиков, в мастерских стоял такой грохот, что со временем у некоторых мастеров начинались проблемы со слухом, несмотря на наушники.
Если композиция планировалась слишком большой, как в нашем случае, ее собирали из отдельных частей на металлическом каркасе и только потом переносили на фасад. Сколько времени ушло на создание гомельской композиции, выяснить пока не удалось. Но есть любопытное сравнение. Художники, которые специализировались на оформлении кинотеатров и других зданий по всему Союзу, рассказывали, что на одну крупную металлическую работу уходило от двух месяцев до года работы команды. И это только изготовление. Монтаж готовых деталей на фасаде мог растянуться еще на несколько месяцев.

Сколько лет рельеф украшал ресторан и куда он исчез после демонтажа, неизвестно. Зато судьба его автора прослеживается гораздо лучше. Павел Шимес прожил 89 лет и оставил после себя огромное количество работ. Его произведения хранятся в Третьяковской галерее, Государственном Русском музее и других музейных собраниях, а также в частных коллекциях России, Европы, Австралии и США.
И еще любопытная деталь: творчество Шимеса до сих пор появляются в продаже на международных площадках. Например, бронзовую скульптуру «Кот и птица» предлагают за 3000 долларов. А крупные произведения мастера стоят на порядок дороже.
Мозаика
Следующая остановка нашего путешествия – улица Интернациональная, 13А. Здание на углу с улицей Гагарина когда-то называли Домом быта. Его фасад украшало мозаичное панно «Швеи». Сюжет для такого места вполне подходящий, здесь работали мастерские по индивидуальному пошиву и ремонту одежды, а неподалеку располагалась швейная фабрика «Коминтерн».

Знаете, как «рисуют» подобные картины? Один из главных материалов – смальта, специальное цветное непрозрачное стекло. Ее выпускали крупными брусками, которые мастера раскалывали на небольшие кусочки. Каждый фрагмент выбирали по оттенку, размеру и форме. Кроме того, смотрели, чтобы края оказались неровные. Благодаря этому поверхность мозаики играла на свету, соседние кусочки отражали его под разными углами. Потом стеклышки обрабатывали молотком, чтобы получить нужные очертания и точнее передать детали изображения.
Существовало несколько способов сборки. При прямом наборе каждый кусочек закрепляли в растворе на стене. При обратном художники сначала выкладывали изображение на бумаге лицевой стороной вниз, причем в зеркальном отражении. Затем мозаику переносили на стену, закрепляли раствором и снимали бумажную основу. Только после этого перед прохожими открывалась готовая картина. Получается, что мастера сначала собирали изображение вверх ногами и задом наперед.

Интересно, что именно мозаики постепенно начинают восстанавливать наши соседи. Например, в Нижнем Новгороде около года восстанавливали мозаику «Быстрее. Выше. Сильнее» на фасаде девятиэтажного дома. Над проектом трудились 30 специалистов, а стоимость работ составила около 300 тысяч долларов. Панно размером примерно 27 на 13 метров пришлось снять со стены, промаркировать каждый фрагмент и перенести в мастерскую. Недостающие элементы изготовили заново, а для восстановления цветовой гаммы мастера сварили смальту 25 разных оттенков.
К сожалению, гомельские «Швеи» до наших дней не сохранились. Панно пропало с фасада в 2000-х годах, и теперь о нем напоминают только старые фотографии.
Сграффито
Последняя точка нашего путешествия – Ланге, 5а. Когда-то его стену украшало изображение в технике сграффито. Его изготовили в 1992-м к юбилею Гомеля, а к 2004 году композиция исчезла. В том же году на стене дома появился мурал «Будущее Беларуси в твоих руках».

Но давайте вернемся к сграффито. Как получались такие картины? Секрет в довольно необычном способе работы со штукатуркой. Сначала на стену наносили нижний слой, например, красный, затем поверх него добавляли следующий, пусть будет бежевый. Пока материал не успел окончательно затвердеть, мастер специальными инструментами снимал верхний слой в нужных местах. Там, где штукатурку убирали, открывался нижний цвет. Так постепенно на стене появлялись контуры, тени и изображения.
В советском справочнике по отделочным работам 1965 года приводятся даже точные размеры слоев. Нижний цветной слой делали толщиной около 5–6 миллиметров, верхние – до 3 миллиметров. Сложность техники в том, что снятый слой штукатурки не вернуть на место, поэтому художнику приходилось заранее продумывать рисунок и действовать очень аккуратно. А еще работать нужно достаточно быстро, пока штукатурка сохраняла нужную влажность и податливость.
Кстати, сграффито в Гомеле можно встретить и сегодня. Например, монументальные панно украшают торцы домов на Речицком проспекте. А еще одна известная работа находилась напротив библиотеки Герценки.
На этом наше мини-путешествие заканчивается. Возможно, теперь привычная прогулка по центру Гомеля станет немного интереснее. Присматривайтесь к фасадам, заглядывайте во дворы и не проходите мимо необычных деталей. Кто знает, может, именно вы заметите произведение, историю которого еще никто не рассказал.